Дмитрий Ионин (ionin_sr) wrote,
Дмитрий Ионин
ionin_sr

Categories:

Про моего дедушку Давида Ионина: человека, художника и депутата

Вчера я рассказал на своей странице в Facebook история, как я, совершенно случайно, обнаружил на выставке, проходящей в Заксобрании, картину «Улица Восточная». Ее полвека назад написал мой дедушка Давид Ионин.

20131125_150855

Фотография с этой картиной собрала менее чем за сутки 78 «лайков». Столько мои читатели не ставили не под одной публикацией, будь она хоть о спасении жителей общежития на Химмаше или про очередную победу над коммунальными жуликами в Чкаловском районе. Из этого я сделаю вывод, что публикации из истории моей семьи Вам тоже интересны. Поэтому постараюсь рассказать про своего деда более подробно, тем более, что это был действительно очень достойный и уважаемый человек.

Сам я дедушку помню слабо. Он умер в 1987 году, когда мне не было еще трех лет. У меня в архиве сохранилась только одна фотография с ним.

2013-11-26 14.13.00

Это мы, вместе с моей мамой, отдыхаем у дедушки на даче, которая располагалась на Шарташе. Судя по всему, это лето 1987 год. Еще где-то в обрывках памяти есть картинка, как мы с ним составляем кубики не столе в квартире на Пушкина, где мы с родителями тогда жили.

Говорят, что в детстве я был очень похож именно на деда. Возможно, и к старости, я буду примерно таким :)

Согласно официальной биографии Давид Ионин родился в 1916 году в городе Омске, но, если я не ошибаюсь, его местом рождения был небольшой городок в Тюменской области. Далее из биографии: «В детстве вместе с родителями приехал на Урал. В 1933 г. начал свою трудовую жизнь в качестве ученика художника в системе «Свердловск-горстроя». В 1934 г. на городской выставке показал свои первые акварели. Оценив способность и старание юноши, его в 1935 г. направили на учебу в Свердловское художественное училище. Учился у А. А. Жукова, Ф. К. Шмелева. Окончил училище в 1940 г».

После окончания училища руководил изостудией в Доме Красной Армии, а в годы войны  работал в эвакуированном из Киева военно-медицинском училище, занимался эвакуацией экспозиций ленинградского «Эрмитажа».

Впрочем, его официальную биографию можно прочитать здесь. Два года назад, когда я избирался депутатом областного Заксобрания, моя двоюродная тетя Люся подарила мне вот этот плакат:

Дедушка

Оказывается, мой дед, в свое время, также был областным депутатом. Честно говоря, я об этом даже не знал. Понятно, что в этом плакате куча советской патетики. Но, по отзывам знавших его людей, я понимаю, что фразы про добросовестную работу и оказываемую им большую помощь - не просто дань советским агитационным штампам. К деду все действительно относились с большим уважением.


Подарившая мне этот плакат тетя вспоминала, как дедушка часто пропадал на работе, пытаясь решить проблемы обращавшихся к нему художников, да и просто жителей нашего города. В те времена мандат депутата позволял открывать любые двери и обращавшиеся к деду об этом хорошо знали. Случаев, чтобы он отказывал кому-то в помощи, вроде бы не было. Подробности таких историй я, конечно, не знаю, но на просторах интернета, например, можно найти воспоминания художника Евгения Пинаева: «Наступили хлопотные дни. Чесаться было некогда! С жильем и трудоустройством, к счастью, обошлось: то и другое нашлось довольно быстро. Жить определились на частной квартире. С пропиской помог  Давид Маркович Ионин, некогда вызволивший раба Трудовых резервов из 42-й ремеслухи».

Также в официальной биографии говорится, что «обладая незаурядными организаторскими способностями, в течение более 25 лет (1945-1970) был председателем правления Свердловской организации Союза художников СССР», но, как мне рассказывал отец, союз художников дедушка возглавлял 28 лет, с небольшим перерывом.

Постепенно имя деда обросло разными легендами. Например, в статье Евгения Ройзмана в журнале «Урал» говорится: «Однажды Брусиловскому подарили большой узбекский нож. Он положил его в сумку и забыл о нем. И когда они полетели домой из Узбекистана, на проверке в аэропорту этот нож занял весь экран на мониторе. Когда Мишу Шаевича взяли под белы руки и спросили, чей это нож, он, честно смотря, сказал: Давида Марковича Ионина, председателя Союза художников. Естественно, спросили, как он оказался у вас? На что Брусиловский ответил: а я его телохранитель! А Давид Маркович Ионин был репрессированным, отсидел 50 лет и всю жизнь боялся рассказывать анекдоты, думал, что его прослушивают и за ним следят. А тут такой моветон». Если честно, не знаю, откуда Ройзман это взял, спишем все на специфический юмор художника Брусиловского. Но, Слава Богу, мой дедушка никогда, как говорится, не привлекался. И хорошие шутки и анекдоты очень даже любил.

Думаю, что этот текст мог быть более интересным и наполненным фактами, если бы мне помогал писать его мой отец, который часто вспоминал про деда в наших разговорах.  К сожалению, папа скончался в сентябре этого года, но светлую память о дедушке он сохранил и передал уже своим детям.

На сегодняшний день после Давида Ионина остались светлая память среди тех, с кем он был знаком, а также его дочь – моя тетушка, три внука и, пока что, три правнука, последний из которых родился буквально месяц назад.

А еще дедушка оставил после себя прекрасные картины. Вот это моя любимая – «Гладиолусы».

20131126_145425

Оригинал ее висел у папы, а я сделал себе копию и повесил в своей квартире. Много дедушка рисовал и наш город, видимо оттуда у меня такая любовь к краеведению. «Улица Восточная» уже представлена выше, а вот еще одна картина, которую я смог отыскать в интернете.

275x352_d.m._ionin_sverdlovsk-ekaterinburg
Tags: краеведение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments